Игорь Семёнович Кон (род. 21 мая 1928, Ленинград) — советский, российский учёный.

Кандидат исторических наук (1950), кандидат философских наук (1950), доктор философских наук (1960), профессор (1963), академик Российской академии образования (1989), почётный профессор Корнелльского университета (1989) и университета Суррея (1992).

Ответственный редактор ряда коллективных трудов и серийных изданий («Словарь по этике», «Этнография детства» и др.). Член нескольких международных научных сообществ (International Sociological Association; European Association of Experimental Social Psychology; International Academy of Sex Research; Polish Academy of Sex Research; Deutsche Gesellschaft fuer Sexualforschung; European Association for Adolescent Psychology и др.) и редакционных советов ряда научных журналов («Человек», «Гендерные исследования», «Андрология и генитальная хирургия», «Archives of Sexual Behavior», «Zeitschrift fur Sexualforschung», «Journal of Homosexuality» , «Journal of the History of Sexuality» , «Childhood», «Current Sociology», «Sexualities», «Men and Masculinities» и др.)
Игорь Семенович Кон родился в Ленинграде. Окончил исторический факультет Ленинградского Педагогического института имени А. И. Герцена (1947) (ныне Российский государственный педагогический университет имени А. И. Герцена) и две аспирантуры, по новой истории и по философии (1950).

Работал в Вологодском пединституте (1950—1952), Ленинградском химико-фармацевтическом институте (ныне Санкт-Петербургская государственная химико-фармацевтическая академия) (1953—1956), Ленинградском Государственном Университете (1956—1967), Институте философии АН СССР (1967—1968), Институте конкретных социальных исследований АН СССР (ныне Институт социологии Российской академии наук (1968—1972), Институте общественных наук (1972—1974). С 1975 — главный научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН. Занимался исследовательской и преподавательской работой в ряде ведущих университетов США и Европы.

Автобиография издана в 2008 г.[1]

Научная деятельность

Области научных интересов: философия и методология истории, история социологии, этика, социальная и возрастная психология, теория личности, антропология и социология детства и юности, социология молодежи, сексология, гендерные исследования. Является автором более чем 60 книг и 300 статей, его работы переведены на множество иностранных языков. И. С. Кон — основатель ряда новых направлений в российском обществоведении.

Монография «Позитивизм в социологии» (1964) и написанный под руководством Кона коллективный труд «История буржуазной социологии Х1Х — начала ХХ вв.» (1979) были первыми отечественными учебными пособиями по курсу истории социологии[2]. Кон был инициатором создания и первым президентом, а затем вице-президентом (1970—1982) Исследовательского комитета по истории социологии Всемирной социологической ассоциации.

Выросшая на основе общеуниверситетского лекционного курса и удостоенная первой премии Советской социологической ассоциации книга «Социология личности» (1967) была одной из самых читаемых социологических книг 1960-70 х гг. и положила начало соответствующему разделу отечественной социологии[3]. Книги «Открытие Я» (1978), «В поисках себя: личность и ее самосознание» (1984), «Дружба» (4 изд., 1980—2005), которые сегодня назвали бы культурологическими, углубили ее междисциплинарный подход, высветив антропологические, культурно-исторические и индивидуально-психологические предпосылки формирования идентичности и образа Я, формы и границы «само-стояния» личности в разных исторических и культурных условиях и т.д.

Начиная со статьи «Юность как социальная проблема» (1965), Кон внёс важный вклад в развитие социологии молодежи. Его работы о западном студенчестве и «студенческой революции» 1960-х гг. позволяли глубже понять это явление, ставшее вехой в современной истории, и проводить параллели с процессами, происходившими в нашей стране. В отличие от большинства отечественных исследователей, которые рассматривали молодежную культуру только как форму девиантного поведения, криминогенную по своей сути, Кон, опираясь на историко-антропологические данные и понимание юности как особой фазы жизни, подчеркивал закономерность появления молодежной субкультуры, отличной от общепринятой во взрослом обществе, выводя отсюда необходимость диалогического подхода к молодежи [4]. Сегодня эта точка зрения является общепринятой. Кон по сей день остается одним из наиболее часто цитируемых российских социологов, как внутри страны, так и за рубежом.

Из социологии молодежи были прямые выходы в психологию развития. В учебном пособии «Психология юношеского возраста», которого в СССР не было 50 лет, процессы развития и социализации юношества и самое понятие юности впервые в послевоенной советской литературе были рассмотрены в широкой социально-исторической и междисциплинарной перспективе, с учетом новейших лонгитюдных исследований и психологии жизненного пути, обобщены и систематизированы данные о развитии самосознания, эволюции образа Я, структуры общения, общества сверстников и юношеской субкультуры; в книге впервые всерьез говорилось об особенностях развития мальчиков и девочек и сексуальном поведении советских школьников. Хорошо принятая научно-педагогической общественностью книга (4 издания, 1979 −1989, общий тираж 1.5 млн экземпляров)[5] стала настольной для двух поколений учителей и родителей.

В Институте этнографии Кон основал новую субдисциплину культурной антропологии, которую он назвал этнографией детства. Она реализована в виде серии коллективных трудов по этнографии детства и авторской монографии «Ребенок и общество» (1988, второе испр. изд. — 2003). Сравнительно-историческое изучение возрастных категорий, гендерно-возрастного символизма, особенностей культуры детства и процессов социализации детей в разных человеческих обществах имеет не только теоретический интерес, но и важное прикладное значение. Кон первым познакомил советских ученых с концепциями детства Ф. Арьеса и Л. Демоза, статическими кросс-культурными исследованиями, опубликовал сборник работ Маргарет Мид «Культура и мир детства» (1988). Эти работы получили высокую оценку специалистов[6] и по сей день часто цитируются.

Статьи Кона об этнических стереотипах и национальном характере сыграли важную роль в становлении отечественной этнопсихологии.

В связи с изучением социологии личности и психологии юношеского возраста, в середине 1960-х К. заинтересовался социологией сексуальности[7] , а затем и методологическими вопросами сексологии как науки. В СССР это была абсолютно запретная тема. Книга «Введение в сексологию», первоначально изданная в Венгрии (1981) и обеих Германиях (1985), несмотря на поддержку ведущих советских биологов и обществоведов, включая два института Академии наук, десять лет распространялась в самиздате и вышла по-русски только в 1988 г. (издательство «Медицина»). В этой книге впервые было обосновано существование сексологии не как частной медицинской дисциплины, а как междисциплинарной области знания, которая не может развиваться без участия общественных и гуманитарных наук. Эта точки зрения была принята советской научной общественностью. Медицинские сексологи прямо связывают возникновение в России сексологии как науки со статьями Кона в «Вопросах философии» и в Большой медицинской энциклопедии[8]. Для Кона эта работа была прежде всего науковедческой, его интересовало, как на стыке нескольких разных дисциплин формируется новая область знания. Но для широкой публики, в том числе профессиональной, «Введение в сексологию» стало важнейшим источником знаний о сексуальности как таковой, что побудило автора продолжить работу в этом направлении, тем более, что крушение советской власти поставило перед обществом много новых острых проблем.

Как социолога Кона интересовали прежде всего социальные проблемы. В 1993-1997 гг. В.Червяковым, В.Шапиро и другими сотрудниками Кона, при его непосредственном участии, были проведены 3 крупных анкетных исследования, которые бесспорно показали, что тенденции развития подростковой сексуальности в России — те же самые, что и в странах Запада (снижение возраста сексуального дебюта, отделение сексуальной активности не только от матримониальных планов, но и от любви, усиление гедонистической мотивации, уменьшение гендерных различий и т. д.) и чреваты теми же издержками и опасностями (нежелательные беременности, аборты, инфекции, передаваемые половым путем, включая ВИЧ), и т. д.[9] Чтобы глубже понять эти процессы и вписать их в определенный культурно-исторический контекст, Кон написал монографию «Сексуальная культура в России» (1997, 2 доп. изд. 2005), которая стала первым в мире профессиональным исследованием одного из самых закрытых аспектов русской истории.

Желая минимизировать отрицательные последствия сексуальной революции, в 1980-90 х гг. Кон всячески пытался привлечь внимание общественности к наиболее болезненным проблемам. Он много писал и говорил о вреде абортов, которые были в СССР главной формой планирования семьи. В интервью Кона журналу «Огонёк» (июль 1988 г.) впервые в советской печати были раскрыты социально-психологические аспекты эпидемии СПИДа и показано, в каком направлении должна идти ее профилактика[10]. Одним из первых в России он обратил внимание на опасный рост сексуального насилия, инициировав создание телефонной службы доверия, и особенно — сексуальных посягательств на детей[11]. К. энергично доказывал необходимость введения в России, по примеру западных стран, сексуального образования подростков, а также опубликовал несколько популярных книг и вузовских учебных пособий по сексологии.[12] В 2005 г. Всемирная сексологическая ассоциация удостоила его Золотой медали за выдающийся вклад в сексологию и сексуальное здоровье.

В 1998 г. К. опубликовал первую отечественную монографию о гомосексуальности «Лунный свет на заре. Лики и маски однополой любви» (2-е изд, переработанное и дополненное — 2003). Эта тема была в стране абсолютно запретной. Книга К. написанная с помощью гранта одного и самых престижных в мире фонда Макартуров и при содействии ряда западноевропейских и американских университетов, обобщает современные данные об однополой любви не только с позиций биологии и медицины, но и с точки зрения общественных и гуманитарных наук. Автор рассматривает различные теории гомосексуальности, историю и этнографию однополых отношений у народов мира, психологические особенности однополой любви, проблемы однополых браков, этапы ее декриминализации и депатологизации и т. д. Подробно освещается также история и положение инаколюбящих в России. Книга К. была положительно оценена российскими и зарубежными специалистами, но вызвала бурное негодование консервативно-религиозных кругов.

С 1999 г. в центре научных интересов К. стоит глобальный проект «Мужчина в меняющемся мире». Это попытка на конкретно-научном материале проследить, как нормативный канон маскулинности и реальные (или приписываемые им) психические черты мужчин трансформируются в мире, в котором привычная мужская гегемония становится проблематичной, и каковы особенности протекания этих процессов в России. Общие выводы проекта изложены в одноименной книге[13] , а их проекция в психологию развития — в книге «Мальчик — отец мужчины»[14], содержащей не только очерк исторической антропологии мальчишества, но и обобщение новейших научных данных по таким актуальным, но плохо исследованным сюжетам как совместное и раздельное обучение, школьное насилие (буллинг и хейзинг), причины неодинаковой успеваемости мальчиков и девочек, истоки и следствия мальчишеской агрессивности и политического экстремизма, явные и скрытые эффекты силового соревновательного спорта и т.д и т. п.

Критика деятельности Кона

Многие из предметов изучения Кона имели и имеют острую социальную значимость, а потому не могут не вызывать нападков и критики, опирающихся по большей части на бездоказательные утверждения, касающиеся личности самого Кона, а также на эмоции, морализаторство и демагогические рассуждения, принятые в консервативно-религиозных кругах.

Нападки начались еще в связи с проектом сексуального образования российских школьников, руководство которым ему приписали, хотя на самом деле весь 1996 г. он провел за рубежом, участвовал лишь в подготовке социологического мониторинга, никаких программ не читал, а по возвращении в Москву оценил проект как научно и политически неподготовленный[15]. Это не помешало клерикальной и коммунистической прессе объявить Кона в подрыве традиционных духовных ценностей, растлении душ, пропаганде педофилии и гомосексуализма и даже в том, что он является агентом ЦРУ. Подписанное тремя профессорами «Заключение по содержанию, направленности и фактическому значению публикаций академика И. С. Кона»утверждает, что все работы означенного академика никакого отношения к науке не имеют, а сам он просто коммунистический пропагандист, «этнокультурный содомит» и враг человечества. «В целом публичную деятельность И. С. Кона, по существу, можно считать активно-ведущейся информационно-психологической войной, преступной деятельностью, направленной против детей и молодежи, против традиционных духовных ценностей России, против общественной морали и важнейших социальных институтов в российском обществе»[16]. Авторами письма выступили: филолог Всеволод Троицкий из Института Мировой Литературы РАН, известный радикальными выступлениями в духе ультрапатриотизма и православного фундаментализма (см., напр., его статью в газете «Советская Россия», заканчивающуюся призывом «Русские, очнитесь, с нами Бог!»), юрист Михаил Кузнецов из Российской академии государственной службы при Президенте России, также известный как последовательный лоббист церковного влияния на общественную и государственную жизнь России (см. его статью о необходимости ввести в российской школе религиозное образование) и генетик Александр Прозоров, по свидетельству В. Н. Сойфера ещё в 1980-е гг. причастный к антисемитским кампаниям в научной среде.

Обращение Кона в 1990—2000-х гг. к работам сексологической тематики вызвало у определенной, религиозно-ориентированной, части научно-педагогического сообщества резко критическую реакцию, распространяемую затем и на другие его работы.

Резкое сопротивление взглядам И. С. Кона зафиксировано и вне научной среды — см., например, характерное письмо читателя в «Российскую газету», основанное на неприятии самого секса как такового, или проникнутый теми же идеями текст «К библиографии И. С. Кона» (автор первого текста инженер, второго — химик). Неприятие противников Кона вызывают настойчивые напоминания Кона о том, что сексуальность дана человеку не только для того, чтобы рожать детей. Отвечая на «антисексуальные» выступления политиков и общественности, Кон связывает антисексуальную риторику своих оппонентов с «заговором и стремлением повернуть развитие России на антилиберальный, антизападный путь, в сторону диктатуры фашистского типа» [1]:
В стране возник заговор с целью отстранения Президента от власти… Результатом будет установление диктатуры фашистского типа… Дело вовсе не в сексе. Тень фашизма все гуще нависает над Россией. Крестовый поход против человеческой сексуальности — только верхушка айсберга. Но если люди, особенно молодые, поймут, что этот поход направлен лично против каждого из них, независимо от пола, национальности, религиозной принадлежности и сексуальной ориентации, они ещё могут остановить фашизм.

Негативную реакцию вызывают у оппонентов Кона следующие попытки Кона обсуждать проблему педофилии: ср. суждения Кона:
Ещё более деликатна проблема педофилии. Чтобы приобрести респектабельность, гомосексуалисты отмежевываются от обвинений в том, что они преследуют и совращают мальчиков. Теоретически сделать это несложно — мужчины, любящие мужчин, действительно сексуально равнодушны к незрелым мальчикам, а количество педофилов среди гомосексуалистов такое же, как и среди гетеросексуалов. Но социально-возрастные и юридические границы «мальчикового» возраста подвижны, особенно проблематичен статус 13-16-летних подростков. Педофильские организации доказывают, что мальчики этого возраста сами вправе решать, что им нравится, поэтому сексуальные связи с ними на добровольных началах не должны преследоваться. Широкая публика с этим категорически не согласна, а легальный возраст согласия, начиная с которого взрослые могут безнаказанно вступать в сексуальные отношения с подростками, колеблется в разных странах от 12 до 18 лет (И. С. Кон «Любовь небесного цвета»).

— и реплику его критиков:
Если бы педофильские организации не доказывали публично, что 13-летние подростки вправе сами решать вопрос о том, давать ли развращать себя педофилам, И. С. Кон бы уже доказал, что гомосексуалисты не имеют никакого отношения к педофилам. Но И. С. Кон старался, и, по крайней мере, почти якобы «доказал», что статус 13-16-летних подростков «проблематичен» в отношении того — отдавать их педофилам или ещё подождать до 18 лет. И это пишет человек, который называется академиком Российской академии образования. (Письмо трёх докторов наук).

Из сопоставления цитат видно, что оппоненты Кона возлагают на него моральную ответственность за расхождение в законодательстве различных государств, в результате которого в одних странах сексуальные отношения взрослого с 13-16-летним подростком являются совершенно законными, а в других — уголовно наказуемыми. На самом же деле Кон был одним из первых российских ученых, который серьезно заговорил о защите сексуальной неприкосновенности детей.

Словесными нападками дело не ограничивается. В январе 2001 г. во время публичной лекции в МГУ на К. было совершено нападение, после чего ему под дверь квартиры положили муляж взрывного устройства и угрожали убийством. Впрочем, запугиваниям ученый не поддался, а изучение истории сексуальной контрреволюции, по его мнению, не менее интересно и поучительно, чем история советской сексофобии и беспредела 1990-х гг.